Демон Элеоноры

 

В 1925–1926 годах многие психоисследователи наблюдали разнообразные феномены полтергейста, которые сосредоточивались вокруг 13-летней девочки Элеоноры Зюгун из небольшого румынского городка Тульпа. А всё началось после того, как она в феврале 1925 года навестила в деревне свою 105-летнюю бабушку, пользовавшуюся репутацией ведьмы.

По пути к ней девочка нашла на обочине дороги несколько монет и купила на них сладостей, на что бабушка авторитетно заметила: деньги оставлены дьяволом. На следующий день на девочку постоянно обрушивался каменный дождь, камни разбивали оконные стекла, а небольшие предметы и вещи вблизи «одержимой» сами собой взвивались вверх. Её тут же отправили домой.

Но странности продолжились и там. Родители искали помощи где только можно. О происходящем с Элеонорой написали газеты, и события стали достоянием европейской печати. Так о девочке узнали психоисследователи. Первым к ней приехал Фриц Грюневальд из Германии, который вскоре стал свидетелем полётов вокруг «одержимой» самых разнообразных вещей.

Пробыв с Элеонорой несколько недель, Грюневальд убедился, что оставлять её среди невежественных и суеверных жителей городка нельзя. Исследователь, к радости родителей девочки, увёз Элеонору в Берлин, где собирался провести ряд научных экспериментов, поселив её в своём доме. Однако вскоре он неожиданно умер от разрыва сердца.

Если бы не румынская психоисследовательница графиня Зоя Василько-Сереки, проживавшая в Вене, положение Элеоноры оказалось бы весьма незавидным. Она удочерила девочку, и та стала жить в венской квартире графини, обучаясь парикмахерскому искусству и одновременно непроизвольно демонстрируя симптомы типичного подросткового полтергейста, сопровождавшиеся некоторыми проявлениями одержимости.

Чаще всего происходило самодвижение предметов; иногда они падали, возникая как бы в воздухе, но начало движения графине ни разу наблюдать не удалось.

Помимо этого, в доме стали появляться неведомо как записки, слышались произносимые неизвестно кем фразы. Дракула (демон по-румынски), который, по мнению Элеоноры, всё это делал, вскоре сосредоточил почти всё своё внимание на девочке: толкал, щипал, кусал и бил её, вышвыривал из кровати, дергал за волосы, втыкал в кожу иголки, заливал её обувь водой.

Всё это наблюдалось уже к марту 1926 года и было засвидетельствовано немецкими психоисследователями Шренк-Нотцингом и Гансом Розенбахом из Берлина.

Гарри ПрайсВ конце апреля 1926 года в Вену прибыл для наблюдения за симптомами полтергейста, проявляемыми Элеонорой, известный английский психоисследователь Гарри Прайс. Вот что ему пришлось там, в частности, видеть. Он писал:

«Графиня и я сидели на кушетке и наблюдали за Элеонорой, которая забавлялась с игрушечным ружьём, стреляющим целлулоидными шариками для пинг-понга.

Внезапно шарик раскололся и обе его половины упали к нашим ногам. Но тут графиня подскочила, то же сделал и я: используемый для открывания конвертов стальной стилет с ручкой, длиной около десяти дюймов, стрелой пронёсся через комнату откуда-то сзади меня и упал напротив закрытой двери. Я мгновенно обернулся, но не обнаружил ничего, что могло бы заставить стилет сорваться со своего места — письменного стола позади нас».

Также Прайс видел стремительный пролёт и падение игрушечной собачки Элеоноры, медленное сползание с кресла подушечки, которая, в конце концов, свалилась на пол, и многое другое. При этом вблизи самодвижущихся предметов никого не было.

Прайс, лично удостоверившись, что пресса и очевидцы не лгут, не ошибаются и нисколько не преувеличивают, пригласил графиню и Элеонору в Лондон с тем, чтобы провести более строгие исследования в своей Национальной лаборатории психических исследований. Они прибыли 30 сентября 1926 года. В первые же дни сотрудники лаборатории не раз наблюдали, как падающие откуда-то из-под потолка небольшие предметы ударялись о девочку, не причиняя ей боли.

На теле Элеоноры стали возникать синяки и царапины

Вместе с тем на теле Элеоноры стали без видимых причин возникать синяки и царапины, причём прямо на глазах исследователей: девочка внезапно вскрикивала от боли, и на её лице, кистях рук или предплечьях возникали красные царапины, а то и следы укусов.

Последние были похожи на её собственные, но появлялись в местах, укусить которые анатомически невозможно. Да и микрофлора «слюны», исследованная под микроскопом, отличалась от присущей Элеоноре слюны. До сих пор сохранился фрагмент киноплёнки, заснятой Прайсом, запечатлевший возникновение на коже девочки следов от невидимых укусов и ударов.

К лету 1927 года полтергейст покинул Элеонору, и она смогла вернуться в Румынию, где стала зарабатывать на жизнь парикмахерским ремеслом.

Читайте также:

Добавить комментарий