автор поста: носко

УИЛЬЯМ БЕРРОУЗ
ЧАСТЬ 1
Уильям Берроуз осуждал роман факта, но сам начал литературную деятельность именно с него. Берроуз никогда не мечтал о писательстве, но его заразил этим Джек Керуак. Последний буквально преследовал Берроуза и твердил о художественной литературе. В конце концов, Джек затянул Билла в литературу, и они в тандеме написали первый бит-роман «И бегемоты сварились в своих бассейнах». Весьма вероятно, что текст романа покажется не очень увлекательным, ведь он писался все-таки не для интеллектуалов, а для любителей бульварной литературы. Главы, которые писал Берроуз,отличаются лаконичностью, экзистенциалистским вниманием к деталям, особенно в сценах с тяжелыми психоделиками. Керуак же позволяет себе лирические отступления и поэтизирует жизнь профсоюза и моряков. Но они оба описывают события, участниками которых были сами. Это вовсе не два взгляда на одну и ту же историю, а работа двух журналистов, желающих раскрыть тему наиболее полно.

Произведение рассказывает о реальных событиях с реальными людьми, которые, конечно же, были скрыты под другими именами. В главном герое Филипе Турпане выведен один из первых битников Люсьен Карр — это тот самый человек, который в Колумбийском университете познакомил Аллена Гинзберга с Джеком Керуаком, а потом их обоих отвел в обитель Уильяма Берроуза. Отсюда и началась любовь главной бит-троицы к бесконечным разговорам, мечтам и фантазиям. Здесь же и роман стал жизнью, или сама жизнь — романом. Во всяком случае, преступление Люсьена Карра воплотило в реальность мечту битников о спонтанном действии, которое позволило бы освободиться от буржуазной морали. Спонтанность была характерна и для другого бит-героя — Нила Кэссиди.
Правда, довольно скоро Берроуз отходит от бит-поколения, в 70-х даже отказывается себя признавать одним из битников. Оно и понятно. Если у Керуака во многих произведениях вырисовывается жажда жизни и всех её красот, то у Берроуза жизнь — страшная необходимость, в которой человек всегда раб своих страстей. Причем у персонажей Берроуза будто отсутствует чувство стыда. К тому же, Керуака тяготила слава писателя, а Берроуз захотел стать писателем из-за предполагаемой славы и богатства. Он даже переживал, что никогда не создаст роман, который будет продаваться.
Первый опубликованный роман Берроуза «Джанки» еще можно отнести к литературе Бит-поколения, но уже здесь писатель рассказывает не о своих сверстниках и друзьях, а о самом себе, о проблемах таких же, как он, и о Контроле.
«Джанки» — это антиутопия, точнее дистопия, как роман «1984» Джорджа Оруэлла, под влиянием которого находился Берроуз. В произведении поднимается острая проблема, актуальная до сих пор, — наркотическая зависимость. В мире наркомании никому нельзя доверять: каждый может оказаться полицейской ищейкой или вором, подчищающим карманы тех, кто ненароком задремал в вагоне метро. Как в СССР сдавали властям всех отличающихся, так и в США поступали в среде наркоманов. Но в клетку, из которой практически нет выхода, загоняет себя и сам наркозависимый. Либо он продолжает сидеть на психоделиках, чтобы жить, либо идет лечиться в клинику. В первом случае смерть практически неизбежна: от передозировки, или от недостатка денег на новую порцию, или обманет «сбытчик товара», или врач не пропишет рецепт. После клиник же у пациентов начинался тяжелый запой, который вновь приводил к наркотикам. Как говорится, бывших наркоманов не бывает. Джанк меняет саму структуру клеток, становится в теле человека еще одним жизненно важным органом, требующим пищи. У Берроуза нет просвета, нет альтернативной вселенной, где была бы жизнь лучше. Конечно, он идеализирует Мексику, в которой власть более лояльна к хипсте-рам. Но, тем не менее, все «подсевшие» все равно ведут бессмысленный образ жизни. Разве что на них всем еще больше наплевать.

Уильям Берроуз довольно долго работал над романом «Джанки», часто перерабатывал, вычеркивал целые главы и вставлял новые абзацы, чтобы угодить издателю. Берроуз беспристрастно описывает свой опыт общения с тяжелыми психоделиками: от первой дозы до окончательной «завязки». Это настоящий репортаж из серии «Испытано на себе». В книге царит мрачная и циничная атмосфера наркоманов, которые всегда готовы на обман, готовы украсть у бедняка последние деньги, лишь бы найти средства на новую дозу. Когда человек все чаще потакает своим страстям, он все больше скатывается в пропасть гадостей. Его сознание становится разрозненным, не цельным, в него вклиниваются мысли, до этого не свойственные нашему разуму, и неестественные вещи кажутся нормальными. Пропадает ощущение времени, и стирается граница между словом и мыслью. Берроуз сам прошел этот путь и, по сути, в своих произведениях описал свое падение.

Такое же произведение можно было бы написать и о похотливом человеке. С первой развратной мысли, которая только зародилась в его голове, начинается падение. Поначалу кажется, что это всего лишь мелкий бес, который чуть-чуть маячит в голове, хитрит, соблазняет. И это на самом деле не страшно, но человек дает слабину, ибо «запретный плод сладок». Он искренне надеется, что пойдет на преступление только один раз, просто чтобы узнать, чего там интересного. Но очень скоро его постоянно одолевает похоть (или обжорство, или страсть к воровству, или к азартной игре). На первых этапах тебе стыдно за свои поступки, потом их творить становится легче, и ты с удивлением замечаешь, что твои страстишки больше не кажутся такими уж неестественными, даже совесть почему-то молчит.
Но для Берроуза начальный этап разложения не так важен. Его больше интересует избавление от проблемы в целом. Он говорит, что бессмысленно ловить наркодилеров, нужно, прежде всего, вылечить самих наркоманов. Тогда и не будет необходимости в наркотиках. Берроуз даже нашел препарат, который сможет излечить нарко-зависимых, под названием апо-морфин. Писатель не раз обращал внимание, что правительство Америки отвергает методы лечения, предложенные им. Апоморфин сейчас применяется для лечения алкоголизма и сильного алкогольного отравления. Интересно, что об этом средстве как лекарстве от наркомании знал и Владимир Семенович Высоцкий. Великий поэт в песне «Не писать стихов мне и романов» произносит следующую фразу: «Эх, вы, парни, бросайте «морфушу»! Перейдите на апоморфин!». Однако официальная медицина запрещает использовать апоморфин для лечения наркомании. Берроуз считал, что врачам необходимо существование болезней, поэтому они всячески стараются скрыть по-настоящему эффективные лекарства. Более того, сама власть в этом заинтересована, только мотив немного иной. Как говорила Екатерина II, «пьяным народом легче управлять». Берроуз в этой проблеме углядел еще один плюс наркотиков для властей. С помощью законов о запрете наркотиков полиция расширяет свою зону контроля и постоянно держит в страхе молодежь. Третьим элементом этой выгодной «сделки» стала пресса. Своим ажиотажем вокруг насилия и разврата СМИ только усугубляют проблему. Если посмотреть на публикации в федеральных СМИ, то сразу же бросятся в глаза истории о разврате, ДТП, насилии и наркотиках. Эти темы выгодны для прессы и повышают их популярность. Но тексты о насилии и наркотиках откладываются в подсознании читателей, и тоже помогают власти держать народ в страхе.

Берроуз — один из немногих представителей контркультуры, который нисколько не поэтизировал наркоманию и, так называемые, «расширители сознания». Он утверждал, что легализация наркотиков в некоторых странах ничего и не изменила. Жители этих держав НЕ осознали глубинные проблемы человечества и НЕ стали меньше конфликтовать.

материал взят из журнала

Читать еще:

Как сделать, чтобы в подъездах и лифтах не ссали

Часто в наших домах подъезды, лифты и лестничные клетки являются зоной отчуждения. Там страшно, там …

Добавить комментарий