Расскажу вам историю, что приключилась со мной этой зимой. Промышляю я охотой на соболей в тайге северозапада Иркутской области, уже с 2009 года. Работа далеко не сахарная, но есть в ней какая-то романтика ебеней, что меня и притянула в эту сферу. Я же по

 

Потому, откосив от армии, я направился к одному суровому мужику, что промышлял в тайге, кое-как уломал его (нет, не на поебушки) взять меня с собой следующим сезоном на промысел, чтобы научил всяким премудростям, коих на самом деле туева хуча. Так и началась моя карьера.

Хуёво, сложно, холодно, зато зимняя тайга — необычайно красивая вещь и мне в натуре заебись. Ахуенное чувство единения с природой, я прям как буддист. Тут такая залупа мира, что никого на многие километры нет. После долгой изоляции я совсем ушёл в себя, стал молчаливым и угрюмым, ведь хули — по два месяца ни с кем, окромя своего пса, не разговариваю.

Так и живу. А в этом году зима наступила на редкость холодная. Я таких морозов ещё не видывал. Ненормальная зима. Как нехуй делать можно нахватать обморожений или вообще насмерть замёрзнуть, если вдруг снегоход наебнётся посреди тайги. Ссыково, но щито поделать. Деньги сами в карман не придёт. Собрал в ноябре весь охотничий шмот (коего с виду было дохрена, а по сути — взял самый минимум) и отправился на свои зимники.

Путь долгий, от моей деревни (и без того отдалённой от цивилизации) 130 с лишним километров. Часть пути по более-менее нормальной дороге на «буханке» знакомый водила подвёз, а другую часть уже сам, на снегоходе, в несколько заездов (весь шмот за один раз не перевезти) до ближнего зимника. Всего у меня три зимника. Заморачивался я на их постройку нефигово — летом каждого года ебенил лес топором, ака дикий чёрт. А всё ради большей площади охвата, чтоб охота была плодотворнее.

Первый день прошёл в приготовлениях. Последнюю партию шмота я вёз уже в темноте, благо, снегопада не было, так что ехал по проторенной ранее колее. Опасно так торопиться, тем более в такой мороз. Разжёг в зимнике буржуйку, приготовил хавчик и улёгся спать.

На утро я занялся объездом ловушек, доставал из них одубевшие на морозе трупы соболей — такими пушистыми кочерёжками и убить можно, если крепко стукнуть.
Добравшись до второго зимника, я узрел печальную картину — пленка, что завешивала окно (не стекло же в тайгу ставить), была порвана, а в самой избушке царил настоящий кавардак: мешки с мукой и сахаром, подвешенные к потолку (чтоб мыши не добрались), были разорваны, а их содержимое усеивало пол, дымоход от металлической печи был оторван и погнут. Судя по всему — это постарался ёбаный медведь. Был у меня уже подобный случай пару лет назад. Мишка — это такой уёбок, которому лишь бы ломать и крушить, он залезает в избушку абсолютно бесцельно, чует же — нет там ничего съестного, а всё равно ломает.

Махнул рукой: хуй с ним, с медведем и пошёл проверять припасы сухарей в кладовке-ящике, что высоко на сосне неподалёку. С виду вроде нетронутая, приставляю лестницу, залезаю — а внутри пусто. Думаю: я же 10 буханок хлеба сюда закладывал во время подготовки к сезону. Если б это был тот же медведь, то он просто свалил бы её на землю. Однако ящик абсолютно не пострадал, да и плёнка, которой я обмотал дерево (чтобы наверх к припасам не пробрались грызуны) была цела и невредима — никаких следов от когтей. Птицы Тоже нет — ящик-то закрытый.

Я минут пять стоял рядом и раздосадованно щипал свою козлиную бородку, размышляя над причинно-следственными связями. Так ничего и не понял. Магия какая-то, ей-богу. Ни муки теперь, ни хлеба. Значит придётся тратить драгоценное время на рыбалку, значит и меньше соболей добуду. Ещё и мороз крепкий. Сплошные убытки, мать твою.

Остаток дня я наводил порядок в зимнике: починил трубу, затянул окно новой плёнкой, накормил своего пушистого друга последней щукой, запер его в сенях (в тёплую избу собаку пускать нельзя, иначе простынет от перепада температур) и лёг спать.
Ночью пёс вдруг резко залился лаем, чем разбудил меня. Я приметил, что гавкал он по-особенному, не так, как он собачит, когда гонит соболя. Было что-то беспокойное в его голосе. Первая мысля — медведь пришёл. А значит плохи дела. От него здесь никуда не деться. Захочет залезть в окно — залезет. Убежать не получится — зверь быстрый. Если медведь не спит зимой, то значит он голодный и злой.

Я схватил ружьё и газовый баллончик, хоть и толку от моего ружья мало — годится только на отстрел мелкой дичи. Косолапому лоб не пробьёт. Вышел в сени, чтобы пса успокоить, да разведать обстановку вокруг избы. Едва я глянул на улицу — как пёс выскочил наружу и со всех лап удрал в лес, не взирая на мой зов. Судя по всему, он побежал за гостем. Я очень напугался за пса, ведь медведь или волки с лёгкостью его порвут, но бежать следом было бы опрометчиво. Так я и стоял, напряжённо вслушиваясь вдаль, пока лай не затих. И всё, тишина.

Ну, думаю, пиздец, проебал пса. Надо было не зажимать денег на нормальное ружьё от медведей, говорили же мне — в тайгу без добротного ружья ни ногой. А я только липиздрический газовый баллончик купил, который ещё неизвестно как на зверей действует. Забежав в избу, я всю ночь кочегарил печь, чтобы если что — попытаться отпугнуть медведя импровизированным факелом из полена. Сидел в напряжении и боялся глаз сомкнуть. На самом деле было страшно — просто пиздец как страшно, даже и не описать. Я тут один на десятки километров, фактически безоружен и никто мне не поможет.

К утру меня совсем разморило. Пёс так и не вернулся. Как только взошло солнце, я встал на лыжи и пошёл на разведку, по следам собаки. Увидел то, что и ожидал увидеть — разодранного в клочья, сжамканного пса. Жалко, хоть и не самая лучшая была псина, но привязался я к нему. Досадно. Конец охоте. Без собаки промышлять не получится. Одними ловушками много соболей не собрать, а тут еще и хищный зверь ходит рядом. Надо было вызывать «буханку» по небольшой радиостанции, что была в первом зимнике и возвращаться в деревню.

Я стал водить взглядом вокруг: поляна была перепахана борьбой, однако с её края вилась дорожка вполне отчётливых больших следов. «Точно медведь!» — пронеслось у меня в голове, однако подойдя поближе я понял, что это точно не он. Стопа, оставившая след была широкой и длинной, проваливался этот зверь в снег глубоко, но признаки волочения были минимальны — значит у зверя длинные ноги. «Лось Но у лося копыта. А тут…» — меня осенило. Человек! Все признаки налицо: и форма стопы, и передвижение только на двух конечностях. Вот только одно НО — слишком большая стопа. Даже не знал что и думать. Я глянул на разорванного пса. Это сделал человек Так разодрать животное Мне стало не по себе.

До снегохода я добрался быстро. Сгрузил только необходимое и погнал к первому зимнику, держа ружьё наготове и моля всех богов о том, чтобы всё обошлось. Дело дрянь. На полпути я увидел те же следы. Свежие. Они шли прямо по проторенной моим снегоходом вчерашней тропе. Кто бы он ни был — он шёл в сторону первого зимника. Что же меня ждёт в конце этой тропинки Но назад поворачивать нельзя: чувствовал, что если поверну — точно никогда не выберусь из леса.

Я добрался до зимника. Следы вились вокруг избушки, делая несколько кругов, и уходили в тайгу, за деревья. Кем бы он не был — он рядом и он слышал шум мотора. Я вломился в домик и принялся настраивать радиостанцию, надо было срочно выйти на связь, звать на помощь, пусть хоть вертушку сюда присылают — похрен. На том конце провода явно не понимали серьёзности ситуации, но сказали, что «буханку» таки пришлют, к ночи, а к дороге своим ходом добирайся мол.

Сбросил весь хлам прямо у зимника, даже внутрь не стал заносить, с собой взял только ружьё, лыжи и канистру с топливом. И полетел к дороге, навстречу спасателям, не жалея мотора и не чувствуя мороза. Мне казалось, что меня кто-то преследует и прячется за деревьями, но оборачиваться назад, чтобы проверить на наличие кого-то там мне не хватало духа. Я старался сохранять спокойствие, ибо я ведь даже не видел никого — нет повода для паники. Когда топливо стало заканчиваться — я с неохотой остановился и принялся заправлять снегоход. Тогда-то я и заметил мелькающий между деревьев вдалеке громадный силуэт. Оно всё это время шло за мной!

Из леса я выбрался, водила подобрал меня уже в ночи, обмороженного и напуганного. На все вопросы я отвечал как было — водитель хмурил брови, не верил. Считал меня за поехавшего, что и не удивительно. В конце-концов я бросил попытки убедить его и придумал версию с медведем, которую всем и рассказываю до сих пор. С деньгами туго. Пришлось идти разнорабочим на стройку, въёбывать за мизер, набирать долги. Так я прожить не смогу, нужно возвращаться в лес. В мой лес.

Я давно слышал истории от промысловиков о некой лесной хуйне, что шастает по тайге, но не верил. Да и кто поверит-то И что это было за существо Как ни старался — не могу вспомнить детали. Помню только лишь панику, лес и свет от фар снегохода.

В июне купил нормальное ружьё, уже пристрелялся, взял в кредит дешманскую камеру и несколько флэшек. Ещё мне нужен напарник, только вот никто не хочет идти в лес с двинувшимся. Ну и к чёрту. Скоро начнётся период подготовки к сезону охоты и я вернусь туда во всеоружии. Ещё встретимся. #паста #луркопаб #lm

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *