КАК Я В ГРУЗИИ МОГИЛУ КОПАЛ

 

Тут уже много раз писали о Грузии. И фоток оттуда выкладывали просто немерено. Я же хочу описать один не совсем стандартный день из путешествия по этой стране.
===

Серьезно. Сегодня я вышел из дома просто на 10 минут, чтобы купить бутылку воды, но по привычке взял с собой фотоаппарат.

И все бы шло по плану, если бы не красотища вокруг. Вечно она меня увлекает, особенно когда камера в руках.

Дело происходило в городе Сигнахи (Кахетия). Он стоит на склоне горы, так что, сам того не замечая, я пошел не в магазин, а к вершине.

Поднимаюсь я, в общем, все выше и выше и тут смотрю — крепостная стена нарисовалась. Пошел вдоль нее.

Метров через 300 увидел ворота в виде большой арки. И тут такое чудо: с моей стороны стены ясная погода, асфальт и цивилизация, а с другой — лес, окутанный туманом. Прям какие-то ворота в Нарнию.

В общем, как не зайти внутрь Зашел. Интересно же.

И как только вошел — точно ощутил себя в сказке. Всю ночь валил снег, так что деревья стояли белоснежные, пушистые. Как в Сибири после мороза. Только здесь еще туман добавлял особого шарма.

И вот я углубляюсь в этот лес по дорожке. Фотографирую всё, разглядываю. И тут снова выхожу к крепостной стене. И в ней снова ворота. А возле ворот в тумане стоит мужик с киркой на плече и большая собака.

Собака сразу побежала ко мне.

— Гамарджоба! — приветствую я мужика, а сам гляжу на собаку. Побаиваюсь я их немного, — не кусается
— Нэт! Она добрый! — отвечает мужик.

Я погладил собаку и заглянул в ворота.

— А дальше дорога есть
— Йэст. Но тут кладбищэ.
— А можно пройти
— Канэчно! Заходы!

И я вошел. А там колорит прям зашкаливает. Старинные могилы, даже 19 века. Мраморные ангелы, семейные склепы, кованные оградки удивительной красоты.

Пошел я по этому кладбищу все дальше и дальше, а мужик остался у ворот. Метров через 300-400 я вышел к церкви. Она была закрыта снаружи на шпингалет. Я открыл, вошел.

Внутри было тепло и сухо. Я сразу подумал, что здесь можно переночевать в случае чего. Привычка, знаете ли, примечать такие места.

После церкви пошел обратно, делая много снимков. Красота там исключительная. Даже мелькнула мысль: если бы знать, что похоронят здесь, то и помирать не страшно.

И вот, когда я уже почти вернулся ко входу на кладбище, снова увидел того мужика. А с ним еще двоих. Они копали могилу.

Проходя мимо, я снова поздоровался, а они начали кивать мне головой. Мол: остановись.

Едва я остановился, как в моей правой руке откуда ни возьмись взялся стакан, до краев наполненный вином. А в левой — кусок хлеба.

Вино было желтого цвета, как мед. Пахло бражкой. Тот мужик, которого я встретил в начале, тоже взял стакан.

Никто так и не сказал ни слова. Мой напарник поднял стакан к небу и молча выпил до дна. Мне пришлось сделать то же самое, чтобы не задерживать тару — стакана было всего 2, а остальные двое тоже подошли, чтобы выпить.

В общем, первые три круга мы пили почти молча. Могильщики лишь показывали мне жестами — бери стакан, бери хлеб, давай стакан и т.д.

Эти три круга прошли быстро, минут за 5. Сами понимаете, 3 стакана за 5 минут — это жестко. Я захмелел. Мы разговорились.

В руке одного из мужиков появилась палка колбасы. Второй сбегал к могиле и принес мотыгу, которой они рыли землю. Лезвие мотыги протерли куском бумаги и начали нарезать им колбасу крупными кусками.

Один из кусков передали мне. Еще круг вина. Потом еще. Потом также «разрубили» копченую скумбрию. Потом это коронное:

— А попробуй вот еще чачу! Сам дэлал!

А в ней 55 градусов. И наливают они не на донышко, это точно. В общем, стало тепло и жизнерадостно.

Мы пили и за усопшего, и за остальных усопших, и за всех живых, и за то, что все там будем, и чтобы до 100 лет, и чтобы все здоровы, и за Грузию, и за детей, снова за усопшего…

В общем, 5 литров вина на троих практически уже закончились, когда на кладбище въехала машина.

— Родствэнники пакойника йэдут! — важно сказал один мужик и я чисто рефлекторно убрал стакан. Все-таки как-то неудобно: могилу никто не копает, все стоят и пьют.

Когда открылась дверь машины, я думал, что сейчас оттуда посыпется что-то в стиле:

— Да вы что тут устроили! Да почему работа не готова!

Ну… В таких условиях я вырос, такого я ожидал.

Но вместо ругательств и претензий из двери машины просто вылезла рука, а в ней — еще 5 литровая бутылка вина. Только красного. Потом вылезал вторая рука, а в ней — пакет с едой.

В общем, родственники привезли «заправку» для могильщиков. Хотя, и для себя тоже — они к нам присоединились. Их было двое мужчин.

Мы продолжили пить. Теперь уже пятеро мужчин на ломанном русском наперебой травили мне разные байки и истории. Я заметил, в этой стране любят не только угощать, но и постоянно что-то рассказывать.

Оказалось, что могильщики — друзья с детства и вот уже 36 лет копают здесь могилы каждый божий день. Мы даже пробовали прикинуть, какой глубины яму они за это время уже выкопали. Наверное, нефть оттуда полилась бы. Хотя, какая нефть… Расплавленная магма, не иначе.

Тот, для кого копают могилу — молодой парень, 36 лет. Вес под 180 кг. Что-то с печенью.

Похороны завтра в час. Будет около 300 человек. Меня тоже пригласили. И вообще, завтра еще двоих будут хоронить. И так — каждый день. Очень много человек умирает.

Многих убивают. Еще недавно в Грузии все было прекрасно, машины оставляли открытыми и с ключами в зажигании. Сейчас же люди «курей друг от друга прячут» и все больше в пьяных драках появляются клиенты для таких могильщиков.

Параллельно со своими рассказами мужики по одному ходили к могиле и копали ее. Процесс продвигался медленно. За несколько часов они едва ли выкопали яму по колено. Хотя нужно было на 1,5 метра, по их словам.

Несмотря на количество выпитого, я уже начал замерзать. В этой связи я тоже попросился копать могилу.

— Да ты же гразный будэш!
— Ничего страшного!
— Да это тижало!
— Так я сам из деревни, с лопатой знаком
— Ну, ладно, дэржи

Мужики дали мне лопату, я прыгнул в яму и начал углублять ее. Пришлось орудовать не только лопатой, но и топором — чтобы рубить корни деревьев. И киркой — чтобы выковыривать булыжники.

— Копат магила — святой дело! — комментировали мужики. Да я и сам слышал, что это вроде как богоугодным делом считается в некоторых религиях.

Уже вечерело, когда мы уходили с кладбища. Могила была выкопана наполовину. Завтра в 9 утра мужики продолжат. И меня тоже позвали. Но не копать, а пить.

И я пойду, но не к 9 часам, а к 5-6 утра. Дело в том, что мужики рассказали, что тот туман, который 3 дня мешает мне увидеть Алазанскую долину, — он рано утром опускается на дно. Т.е. вся долина оказывается как бы затоплена облаками, а ты стоишь над ними.

Это явление широко известно и его здесь даже называют «Кахетинским морем». Если повезет, завтра с утра посмотрю. Потом докопаем могилу, потом похороны. А дальше — как карта ляжет. Никогда не знаешь, что будет даже через 10 минут.

Вот, например, когда сегодня я, покачиваясь, шел в обнимку с могильщиками с кладбища, во мне была твердая уверенность попасть в магазин и купить-таки воду.

Но на полпути я услышал голос из одного двора:

— Гамарджоба! А откуда вы

Это была женщина. Вся в черном. Лет 45-50 на вид.

— Из России, — завязался разговор.
— Это сумасшедшая, — шепнул мне один из могильщиков.

Минуты через 3 я уже сидел в доме этой женщины по имени Нино и слушал ее рассказ.

Она, в общем-то, не производила впечатления сумасшедшей. Просто немного странной. И таким же странным был ее дом.

Очень мрачно, тускло. Пожелтевшие от времени обои. Они были такие старые, что походили на труху. Глядя на них, я почему-то вспомнил Достоевского.

Чудовищный беспорядок. Одежда просто набросана горами на пол, на кровать, на стулья. Иконы, свечи, книги, целая полка одеколонов и косметики. Меня удивило, как много ее там было.

В соседней комнате — 80-летний старик. Отец Нино. С ним мы тоже немного поговорили.

Сама Нино тоже сказала, что ее считают сумасшедшей. Но только я так и не понял, почему.

Человеком она оказалась довольно образованным. Прекрасный английский. Отличное знание истории Грузии. Она даже предложила мне экскурсию по городу за пожертвование.

Вообще, эту часть сегодняшнего дня мне трудно описывать, потому что в тот момент я был пьян.

Помню только, что мы щелкали семечки за столом и много говорили. Потом я ушел, но пообещал вернуться на днях.

После посещения этого места на душе стало как-то тяжело. Я отправился в магазин, купил все-таки бутылку воды, еду, перчатки (ура!) и, зачем-то, новый блокнот. Сейчас, протрезвев, смотрю на него и не понимаю, зачем я его купил. У меня такой же новый лежит в рюкзаке.

По возвращению домой выяснилось, что люди, у которых я поселился — Свидетели Иеговы. Так что меня ждала целая 30-минутная лекция о спасении душ. Я даже раздеться не успел.

Правда, мне повезло, и мне не стали ничего навязывать, просто все рассказали, дали адрес сайта и пожелали доброй ночи.

Тут нужно сказать, что я оставался под впечатлением от рассказа о Кахетинском море. Мне очень хотелось его увидеть, поэтому я лег спать в 7 вечера.

Сон был тревожным. Мне снилось это море, снилось, что я проспал. От таких снов я просыпался, смотрел, что за окном еще темно, снова засыпал. Ворочался. Пил воду («спасибо» чаче и вину).

В общем, часов через 10 сна мне показалось, что я уже достаточно выспался и можно вставать, чтобы идти смотреть на туман под ногами.

Я встал, бодрый и трезвый. Взглянул на часы и тут же сел от удивления на кровать.

Часы показывали, что я проспал всего 1,5 часа!

Я не поверил. Решил, что телефон глючит. Перезагрузил его даже. Не помогло. Начал гуглить — сколько сейчас времени в Грузии. Оказалось, что часы не врут.

До сих пор меня не покидает ощущение, что ночь уже прошла. Что наступил следующий день. И потому, когда я смотрю за окно и вижу ночь — становится не по себе. Как днем может быть так темно

Я как будто провалился во временнУю дыру.

====

На фото: могильщики режут колбасу мотыгой. Сбоку виднеется вино.

Читайте также:

Добавить комментарий