Исповедь домушника

исповедь домушника есть у меня одноклассник, назову его валерка. хороший мальчишка был, но угораздило его сесть по малолетке. в том возрасте многие пацаны по краю ходят, самоутверждаются, так

 

Есть у меня одноклассник, назову его Валерка. Хороший мальчишка был, но угораздило его сесть по малолетке. В том возрасте многие пацаны по краю ходят, самоутверждаются, так сказать. А дальше — кому повезет, и всыпет батя вовремя ремня, глядишь, и мозги на место встанут (утрирую, конечно). Но а для кого не находилось аргументов, те и шли по жизни по кривой дороге. Многих знаю – печальные судьбы чаще всего.

Вот и дружок мой, Валерка, оказался из их числа. Так вот заехал значит Валерий наш на нары в 16 лет, и дальше пошло, поехало. Как говорится, «украл-выпил-в тюрьму, украл-выпил-в тюрьму». И насидел он значит в итоге больше пятнашки. Ну да ладно, это его жизнь.

А где-то месяц назад, наверное, стою на кассе в магазине, кто-то окликает по имени, оборачиваюсь… Баа, Валера. Оба обрадовались, из магаза вышли, обнялись, не виделись лет 10, наверное. Плюнули на пакеты, пихнули их в ящики для хранения и решили, конечно, по пивку за встречу. Сказано – сделано.
Есть тут у нас ресторанчик один неплохой на местности, немного дороговато, зато народу почти никогда никого нет. Присели, пиво пьем, болтаем, вспоминаем юность разудалую. Душевно так.
«Прошлись» по одноклассницам, типа возраст никого не щадит. Вот же нам повезло родиться мужиками, мы то естественно уверены, что мы красавцы до сих пор и в очень неплохой форме к тому же. И тут я Валерку спрашиваю:
— Братан, а ты же брюнет жгучий был, а сейчас седой весь, где тебя так присыпало-то
Смотрю, он сразу напрягся так, потом замялся и отвечает:
— Ладушки, расскажу тебе сейчас историю, но не подумай, что я сумасшедший, другому бы не рассказал, а тебе могу. Вот его история…

Ты же знаешь, братишка, что я домушник по жизни. Я больше ничего и не умею. Уже после малолетки не о работе нормальной, не об учебе думать было бесполезно. Я еще на втором сроке думал завяжу, а когда освободился, смотрю – ровесники уже на машинах многие, по Турциям путешествуют, ну и сорвало «А я что хуже что ли». И опять во все тяжкие. И опять зона, и все по новой. Так и катила жизнь.
Но вот три года тому назад откинулся я с очередной ходки, отдышался, побухал с месяц, но жить-то на что-то надо. И начал присматривать цель. А ты же знаешь, я хоть связь с криминалом держу, но работать привык один. Не нужен мне не атасник, не наводчик. Предпочитаю от себя прыгать. И вот вроде нашел – баба, живет одна, машина дорогая, кондеи во всех окнах торчат, сигналки тоже не заметно, похоже, мой вариант. Короче смотрел за ней месяц, все графики изучил. Ну, думаю, пора.
Дальше все, как обычно. Микрофончик на первый этаж бросил, поднялся, глазкИ замазал, все как по маслу. Открыл быстро, захожу, хата не бедная, коридор большой темный и три комнаты в разные стороны. Ну я по верхам пробежался – ничего интересного. Пойду, думаю, в коридоре гляну, а там темно, и свет зажигать стремно, фонариком подсвечиваю. В общем, залез на табурет, антрисоль шманаю, и тут кто-то меня за ногу трогает. Я не понял сразу, автоматически ногой дернул и полетел с табурета. Лечу и уже понимаю — что-то пошло не так. Что происходит!
Распластался, голову поворачивю, передо мной стоит девочка лет 8ми на вид. Глазищи огромные, глубокие такие, не детские. Платье с рюшечками явно не современное. И таким тонким голоском:
— Дядь, а ты что здесь делаешь
Е-мое, я холодным потом покрылся, я же везде смотрел – не было никакой девочки. Может, зашла тихо, первая мысль. А сам молчу, язык онемел. В голове только «Надо валить и срочно». Встаю и бочком-бочком к двери. А сам молчу. За ручку дверную хвать, а дверь закрыта. Но этого не может быть, я же лично замок сломал. Открывать – только время терять.
Тут у меня ноги затряслись, а ты меня знаешь, я в таких переделках бывал, не дай божЕ. Ощущение нереальности всего происходящего. У меня был шок. Она стоит и смотрит на меня. И тут я не знаю как, но выдавливаю из себя:
— А ты кто Меня зовут дядя Миша, — намеренно вру.
И тут она улыбнулась и говорит:
— Ты не Миша, ты Валера. Я уже знаю.

Веришь, братан, я опять онемел. А в голове только «Что делать, что делать». В окно – не вариант, 8й этаж. А, была – не была, сейчас найду что-нибудь подходящее, буду дверь ломать. Ломлюсь на кухню. Начинаю судорожно ящики двигать, хоть нож, хоть молоток, хоть что-нибудь.

Тут краем глаза замечаю, что она в дверях стоит. И я уже в наглую: «А есть у вас топор» А она мне опять таким тоонким голоском:
— Валер, отсюда нельзя уйти. А пойдем, я тебе лучше дядю Володю покажу.
Здрасьте, приехали, еще и дядя здесь какой-то. Ну ладно, пойдем, показывай. Не знаю, зачем я за ней пошел, ноги сами двигались. Морок какой-то. Бррр. Заводит значит она меня в одну из комнат, а там мужик на крючке от люстры висит. Язык вывалился, сам черный уже весь.
Тут крыша у меня вообще отъехала, я чувствую — по стеночке сползаю. Но я же тут был, вот 10 минут назад. Я тебе честно скажу, дружище, я такой ужас испытал, ужас с большой буквы, которого в жизни не испытывал. Когда чувствуешь, что волосы на голове шевелятся. Когда вдохнуть не можешь, потому что спазм в легких. Это и ужас, и безумие одновременно. Не знаю, как только сердце выдержало.
А девочка такая спокойная:
— Ты не бойся, Валер, это он сам, его никто не трогал. Это давно было, ты еще и не родился тогда. Сам захотел и умер.
Мое безумие постепенно перерастало в панику. Когда надо куда-то бежать, хоть с балкона прыгай. И вдруг слышу – ключ в дверь кто-то вставляет. Я одним прыжком к глазку, вижу – хозяйка вернулась. Тоже косяк, не должна она была вернуться. Не знаю, что со мной произошло потом. Мне бы по уму дождаться, пока она дверь откроет, и ломиться оттуда через нее. Хрен бы меня кто удержал. А я, как заяц, в три прыжка зачем-то скачу в комнату, захлопываю за собой дверь и всем телом на нее наваливаюсь.
Это было наваждение какое-то. Проходит минута – тишина. Я врубаюсь, что сейчас приедут менты — и привет, Валера, опять на этап.
Потихоньку мозги начинают соображать. Надо идти на прорыв. Что я с бабой что ли не справлюсь. По-любому кража уже превратилась в грабеж. Вариантов нет. Распахиваю резко дверь и просто упираюсь в тетку, будто она за дверью стояла. Я не ожидал совершенно, опешил. «Здрасьте», — говорю. Глупее не придумаешь.
— Не торопитесь, Валерий, отсюда нельзя уйти, — и буравит меня взглядом. Взгляд такой мощный. Я начал пятиться и плюхнулся на диван. Она продолжает:
— Как меня зовут, ты знаешь.
Да уж, конечно, думаю, Знаю. Эльза тебя зовут. Месяц на тебя убил. И так мне хреново тогда, братан, было, хотел, было, рвануть, да понимаю, что сил совсем нет. Рукой двинуть не могу. А она кивнула на девочку:
— А это Вероника, помогает мне. Она сказала, ты неплохой. Глупый только. Выйти хочешь
— Что за вопрос – конечно, хочу.
— Ладно, но есть одно условие.
Берет такая меня за руку и надевает на палец кольцо.
— Снять, — говорит, — его нельзя, можешь даже не пытаться. Теперь ты мне должен. Когда понадобишься, сам по кольцу поймешь. Ну все, иди. И работу поменяй. До встречи.
Я из комнаты вышел, в проходе стоит Вероника. Девочка со взрослыми глазами.
— У тебя перемены в жизни будут, не отказывайся.
— Постараюсь, — отвечаю, а сам к двери, к двери.
Ручка естественно сразу открылась. Как я ломанулся, ты не представляешь. Я в юности стометровку так не бегал. До тачки долетел, руки, ноги потрясываю, в зеркало глядь – а я весь седой. Тут меня окончательно накрыло и расплющило. Понял, что за рулем никуда не поеду. Плюнул, пошел до ближайшей Пятерочки, взял пузырь водки и из горла почти всю и выпил. Вот тогда только в себя и пришел.

Но это еще не конец, братан. Дальше как в сказке было. Недели через две познакомили меня с одним человеком серьезным. Он там что-то с итальянцами мутил. Замолвил за меня словечко, и я теперь эксперт по взлому, шутка, конечно. На дорогие замки итальянские, израильские, всякие есть гарантийный срок, вот этим и занимаюсь. Уже скоро три года как. Вот так и живу. Мы помолчали.

— Да уж, интересная история, Валер. А чего с кольцом-то
— А кольцо – вот, на мне. На, смотри.
И подносит к моему носу. Обычное колечко, типа обручалки, только из белого металла. И чего-то там нацарапано, не разобрать без лупы.
— А что, снять-то неужели не пытался
— Ха, конечно, пытался, но оно сидит так плотно. И, знаешь, начинаешь стягивать – тут же башку как обручем стягивает. Я думаю, если через боль снять, то голова лопнет. Вообще нереально.
Если честно, я привык уже к нему. Эльза молчит, а я и не тороплю. Есть, конечно, беспокойство. Хрен их знает, чего они от меня захотят, лишь бы мокруху какую не заказали.

Тут у Валерки зазвонил телефон. Я не прислушался, но понял, что это по работе. В итоге мы обменялись номерами, пообещали, что раз в месяц будем встречаться. В общем, остались довольны от общения. Надеюсь, в ближайшее время повторим.

© Костя Сапрыкин

Исповедь домушника

 

Читать еще:

Old Car City лес, заполненный автомобильной классикой

В штате Джорджия, на юго-востоке США, обычный дед по имени Уолтер Дин Льюис владеет Old …

Добавить комментарий